Власть Людовика XIV над двором в книгах Норберта Элиаса и Николаса Хеншелла
Нашел интересный взгляд на роль Версаля и личной воли Людовика XIV в жизни французского двора.
Многие авторы с разной степенью искусности описывают, как монарх выстраивал жизненный уклад своих придворных, как участвовал в их личных делах и стремился контроллировать все аспекты аристократического существования.
Всю эту канитель очень подробно и увлекательно описывает Норберт Элиас в "Придворном обществе", там и сетования придворных на тесные камзолы и необходимость следить за модой, и подробное описание выстраивания структуры жилища разных сословий, и особенности придворного этикета и лексикона в разное время, а главное - наглядно показано, как французские короли постепенно подчиняли себе феодалов, приближая их ко двору и регламентируя их жизнь. И конечно же большое внимание уделено изыскам и изобретательности Людовика XIV, который поселил своих придворных в Версале, лишил свободы и заставил наряжать себя и подтирать себе жопу, сделав своими слугами буквально.
Об этом историки пишут часто и умело. В общем-то не обязательно утопать в пыльных страницах, чтобы ощутить этот душок абсолютизма. Можете просто посмотреть сериал "Версаль" - линия жизни во дворце и ее политического значения для страны там выведена прекрасно. Тем более что шоу сдобрено сексом, убийствами и саспенсом.
Но есть и менее популярная точка зрения, как всегда, скептическая. И кое-кто из исследователей считает, что все эти рассказы не больше чем миф, подхваченный зеваками и экскурсоводами, которых почему-то занесло на университетские кафедры.
Альтернативная позиция меня заинтересовала куда больше. Николас Хеншелл в книге "Миф абсолютизма. Перемены и преемственность в развитии западноевропейской монархии раннего Нового времени" развенчивает домыслы о таком уж значимом влиянии короля-солнце и о безусловной зависимости дворян от него. Это, конечно, будет гораздо интереснее прочесть, так как большинство работ о Новом времени даже не упоминают аргументов Хеншелла.
Если вкратце, то он, к примеру, подсчитал численность придворных во Франции в разное время и показал, что Версаль ни при каких увсловиях не мог приютить в своих стенах такое число представителей знатных семейств, как принято считать.
