Скончался балетмейстер, один из крупнейших советских хореографов Юрий Григорович
Скончался балетмейстер, один из крупнейших советских хореографов Юрий Григорович. Он не дожил до ста лет чуть больше года. Главный балетмейстер Большого театра в 1964–1995 годах, Григорович был создателем постановок и редакций классических балетов, легших в основу репертуара Большого театра, "Спартака", "Ивана Грозного", "Легенды о любви".
В 1994-95 Григорович переживал тяжелейшую травлю в сми, и в итоге Большой остался без него. Через несколько лет его пригласили в Большой ставить "Лебединое озеро", на некоторое время он вернулся в театр в качестве хореографа. Позднее Григорович уехал в Краснодар, где с нуля создал балетную труппу, поставил восемь балетов и в итоге объездив с коллективом "Григорович-балета" весь мир. Дальше был контракт с Гранд-Опера в Париже и новые высоты.
Виталий Вульф в "Серебряном шаре" вспоминает о Григоровиче, своем близком знакомом, в период его ухода из "Большого" и последующие годы:
"Россия похоронила Светланова, потеряла Рождественского, Растроповича, Григоровича, на смену пришли —за редким исключением — художники третьего сорта. Грига по-прежнему упрекают, что он повторяет все то, что делал раньше, что нового ничего не ставит, а когда он захотел по ставить три новых балета на музыку Шостаковича в Большом театре, то руководство заколебалось, и он сразу принял предложение уехать в Париж в Гранд-Опера, где осенью 2003 года начнет ставить свой гениальный балет "Иван Грозный". Почему можно приглашать Ролана Пети с его старыми постановками, но не возобновлять на сцене Большого "Золотой век" или "Иван Грозный"? На этот вопрос дирекция Большого театра не сможет ответить.
Наблюдаю жизнь Григоровича и его жены, выдающейся балерины Наталии Бессмертновой, она была примой в Большом театре почти тридцать лет, и восхищаюсь их умением жить своей собственной жизнью, вне суеты, вне "тусовки", отдельно, по собственным правилам и собственным законам. Григорович никогда не сказал ни одного дурного слова ни о Майе Плисецкой, написавшей в своей книге главу, полную оскорблений в его адрес, ни о Васильеве, ни о Максимовой, ни о тех, кто позволял себе выходить за рамки приличия. Он хорошо знает, что никто из них: ни Васильев, ни Лавровский, ни Годунов, ни Владимиров никогда не состоялись, если бы не он. И Марис Лиепа станцевал свою великую роль Красса в балете "Спартак", придуманную Григоровичем, и Наталия Бессмертнова станцевала Анастасию в "Иване Грозном", и Ширин в "Легенде о любви" свои абсолютные шедевры, и Юрий Владимиров проявил себя в "Иване Грозном" как большой художник. И все это придумал Григорович силой своего великого дара. Его балеты по-прежнему современны, только надо отделять современность от злободневности, дух новаторства от тех новинок, которые десять лет спустя кажутся старомодными.
Юрий Николаевич бывает мрачным, нелюдимым, говорят, что был сильно подвержен влияниям тех, кто находился рядом, но озлобленным я его никогда не видел, взрывчатым видел, злым — нет".
