Появившаяся в XIX веке в Саратовском уезде и секта подпольников признавала только дониконианскую церковь и довольно категорично выступала против повседневных проявлений светской жизни: предлагая не ходить в школы и избы-читальни, а вместо…
Появившаяся в XIX веке в Саратовском уезде и секта подпольников признавала только дониконианскую церковь и довольно категорично выступала против повседневных проявлений светской жизни: предлагая не ходить в школы и избы-читальни, а вместо этого жить в кельях, не участвовать в гражданском учете - не получать паспорта и акты гражданского состояния в ЗАГСах. В 20-е годы призывы секты сильно беспокоили советскую власть, как вредоносная активность, и против подпольников стали возбуждаться уголовные дела. Как ни странно подчас полностью сфабрикованные.
В одном из таких дел говорится: «Под видом отправления религиозно-мистических обрядов, пребывая в постоянном странстровании и пропаганде слова божия, секта подпольников, объединяя главным образом зажиточную часть крестьянства кулаков б. торговцев и темных преступных личностей, скрывающихся в подполье от советской власти, в своем политическом существе, направлены против органов соввласти и партии на местах».
Обратим внимание на фразу «под видом отправления религиозных мистических обрядов». Знаете, что это? Это остроумный словесный прием, выводящий все дальнейшее разбирательство из-под защиты законов о религиозных свободах. То есть сам поступок (или проступок), а в данном случае - сугубо специальные религиозные практики и действия - в материалах дела получает новое наименование, основанное на риторике антисоветской деятельности, и объясняющее, что на самом деле релегиозные мотивы лишь прикрытие для преступного против советской власти умысла.
Далее в деле указывается, что один из участников секты «выступал против участия крестьян в займе», очень удобный факт для того чтобы снабдить его нужной оценкой - якобы таким образом был реализован умысел противостояния власти советов.
Даже просто организация быта староверов следователями представляется как имеющая преступный смысл. Например упоминается, что основной труд выполняют девушки, и это само по себе - против задач партии, как и обыденные высказывания сектантов о займах и другой экономической активности.
Отягчающим обстоятельством в деле подпольников была классификация их преступления, как совершенного группой лиц. Следователь показывает это прокурору и ОГПУ, доказав, что в группе подпольников отдельный человек был ответственным за покупку билетов, то есть, о ужас, содействовал передвижению преступной группы, другой - передавал письма, а значит, каков цинизм, содействовал переписке участников группы.
