Кто может говорить о радости, не испытав боли, или о мире, не увидев и не испытав борьбы?

Кто может говорить о радости, не испытав боли, или о мире, не увидев и не испытав борьбы? На рассвете день отделяется от ночи, и каждый познаётся в своей природе и силе, ибо без контраста ничто не открывается. Ни один образ не появляется в чистом зеркале, если одна сторона не затемнена.

Невзгоды – это откровение равенства, которое неуловимо парит внутри себя в безмолвной вечности, без света, без тьмы, без радости, без печали.

Но откуда невзгоды проникают в безмолвную вечность, которая знает, понимает и не имеет ничего вне себя?

Там, где человек хочет иметь то, чего нет, возникают желание, страх и боль. Таким образом, скрытая жизнь не приносит радости: и поскольку уединённая вечность не имеет ничего вне себя, она ищет радости собственного откровения внутри себя; ибо сила, могущество и слава, поистине, всё заключено в её лоне. Тёмный ад и светящийся ад звучат из одного сердца через слово, согласно Писанию.

Я творю свет и творю тьму; Я даю мир и творю зло. Я – Господь, творящий всё это, чтобы можно было испытать и восход солнца, и закат солнца, чтобы не было ничего, кроме Меня.

Исаия 45:6, 7

И потому всеединая свобода разделяется, но остаётся неделимым, кротким единством. Она ищет света и силы и в желании преображается в страх и тьму. Так она рождает из тьмы свет, ибо тьма пробуждает огонь, а огонь пробуждает свет, а свет являет чудеса мудрости в образах, которые она вела от своей кроткой свободы, из зеркала мудрости и чуда, к тёмному желанию, в котором она была сокрыта