четверг, 1 октября 2026 · Алма-Ата

"Эта собачонка была моим единственным утешением

Поделиться
"Эта собачонка была моим единственным утешением
"Эта собачонка была моим единственным утешением. Карло спал со мной, днем не отходил от меня ни на шаг, а глаза какие были умные, словно все понимает. Так вот. На днях я собрал у кухни разных объедков и кормлю его, а хозяин увидел и говорит: «За мой счет кормишь! Если все мои негры заведут себе собак, это мне не по карману будет». Велел привязать ему камень на шею и утопить в пруду".

Американская писательница Гарриет Бичер-Стоу (1811-1896) описывает в романе "Хижина дяди Тома, или Жизнь среди низших" как жестокий, бесчеловечный, завистливый хозяин заставляет своего талантливого раба Джорджа утопить его собаку. Но что мы видим? Джордж отказывается выполнить этот приказ, он не привязывает на шею своего друга камень, как того требует рабовладельческое чудовище.

Увы, собака все равно погибнет:

"Они с Томом бросили несчастного Карло в воду и закидали его камнями, а он так жалобно на меня смотрел, будто спрашивал: «Что же ты не спасаешь?..» Опять меня били – за то, что отказался топить".

Невероятное совпадение с ключевой сценой повести Тургенева (1818-1883) "Муму". Но как это могло получиться, учитывая, что "Хижина дяди Тома" была опубликована за два года до "Муму", в 1852, и вышла на русском языке уже в 1853? Известно также, что Тургенев был знаком с этим романом. Прежде чем делать вывод, надо принять во внимание, что описанные Тургеневым в повести "Муму" события, в том числе и утопление собаки, основываются не на литературном вымысле или заимствовании, а на реальной истории, случившейся в имении матери Тургенева, которая приказала немому дворнику Андрею утопить его любимую собаку, и он исполнил этот приговор, притом, в отличие от Герасима, не покинув после этого барыню, а продолжив рабское служение. Возможно, именно прочитав Бичер-Стоу, Тургенев вспомнил трагичный эпизод из жизни своей семьи? Возможно, что возникновение в литературе двух этих линий не связаны друг с другом ничем, кроме своего гротескного, уродливого и одновременно трагичного характера, обличающего самую суть рабства.

Но это не единственное сходство между текстами Бичер-Стоу и Тургенева. Можно заметить общее между Акимом из тургеневского "Постоялого двора", написанного в тот же, 1852 год, с Дядей Томом. И здесь исключено какое-либо заимствование, тексты создавались одновременно. А знакомство Тургенева с американским романом состоялось уже после издания "Постоялого двора", что подтверждается его письмами и удивлением о родстве героев.

И в этом случае похожесть героев поражает: Аким, как и Дядя Том, оказывается жертвой несправедливой купли, но если у Бичер-Стоу ужасному дельцу продают самого Дядю Тома, что становится для него фатальным, то у Тургенева барыня продает построенный Акимом на ее земле постоялый двор, к тому же за украденные торгашом-проходимцем у Акима деньги, который завладевает и женой Акима, и его отдушиной - постоялым двором. Оба главных героя - находятся в зените трагизма, оба хорошие набожные люди. Однако текст Тургенева безусловно стоит выше по художественным достоинствам и сложному психологизму, тогда как Бичер-Стоу сосредотачивает творческие силы на социальном подтексте.

Читать далее

Аналитик Арвинд Кумар и главный геодезист Департамента геодезии Непала Хим Лал Гаутам опубликовали статью о гималайском наводнении 26 августа 2026 года

Аналитик Арвинд Кумар и главный геодезист Департамента геодезии Непала Хим Лал Гаутам опубликовали статью о гималайском наводнении 26 августа 2026 года

Аналитик Арвинд Кумар и главный геодезист Департамента геодезии Непала Хим Лал Гаутам опубликовали статью о гималайском наводнении 26 августа 2026 года. Каменно-ледовая лавина сорвалась тогда с северного склона горы Лангтанг Лирунг и превратилась в селевой поток, который прошёл по рекам Бхотекоси и Тришули у китайско-непальской границы. Обрушение высвободило

Alexandr Radayev
Случай, когда изображение древнего нубийского правителя можно принять за фигуру Христа

Случай, когда изображение древнего нубийского правителя можно принять за фигуру Христа

Петроглиф из Мисиды (2) на севере Судана, у Третьего нильского порога, представляет собой мужскую фигуру высотой около двух с половиной метров и двух коз. Предполагается, что фигура изображает правителя Куша, древнего царства в Нубии на территории современного Судана, цари которого в VIII и VII веках до н.э. правили также

Alexandr Radayev