Есть в коллекции Пушкинского музея такой снимок 1898 года, сделанный в Богородском уезде Московской губернии доктором Александром Живаго, названный "Три крестьянские женщины

Есть в коллекции Пушкинского музея такой снимок 1898 года, сделанный в Богородском уезде Московской губернии доктором Александром Живаго, названный "Три крестьянские женщины. Рязанские кособрюхие".

Что за кособрюхие такие?

О кособрюхих пишет Салтыков-Щедрин в "Истории одного города", перечисляя наравне с другими "племенами":

По соседству с головотяпами жило множество независимых племен, но только замечательнейшие из них поименованы летописцем, а именно: моржееды, лукоеды, гущееды, клюковники, куралесы, вертячие бобы, лягушечники, лапотники, чернонёбые, долбежники, проломленные головы, слепороды, губошлепы, вислоухие, кособрюхие, ряпушники, заугольники, крошевники и рукосуи.

Загадочные старинные прозвища русских горожан расшифровывает этнограф Иван Сахаров, поясняя, что «моржеедами» назывались архангельцы, «гущеедами» и «долбежниками» – новгородцы, «клюковниками» – владимирцы, «куролесами» – брянцы, «вертячими бобами» – муромцы, «лягушечниками» – дмитровцы, «лапотниками» – клиновцы, «чернонебными» – коломенцы, «проломленными головами» – орловцы, «слепородами» – пошехонцы, «вислоухими» – ростовцы, «кособрюхими» – рязанцы, «ряпушниками» – тверитяне, «заугольниками» – холмогорцы, «рукосуями» – чухломцы.

По Владимиру Далю и Ивану Сахарову, рязанское прозвание кособрюхие связывают с рязанской древней привычкой носить за поясом топор, который издалека делал их живот как бы косым. Даль уточняет, что так много мужиков с топорами было в Рязани, потому что она славилась плотничным ремеслом. Сахаров предполагает, что причина в опасной приграничной дороге, постоянно грозящей нападением разбойников, что и вынуждало всегда держать за поясом топор.