Не стал вникать, за что сейчас кенселят одного из главных дизайнеров нашего времени Миуччу Прада, но отыскал интервью 2016 года, в котором она предвосхитила свое уязвимое положение
Не стал вникать, за что сейчас кенселят одного из главных дизайнеров нашего времени Миуччу Прада, но отыскал интервью 2016 года, в котором она предвосхитила свое уязвимое положение. Джонатан Уингфилд отправил на встречу Миуччи и Рафа Симонса юную Тави Гевинсон, стилистку Кэти Гранд и именитых фотографов Юргена Теллера и Норберта Шорнера, и получился большой, человечный и неформальный разговор двух крупнейших фигур мира моды. Перескажу некоторые фрагменты, которые показывают, насколько визионеры моды чутко предвидели развитие культуры отмены.
Миучча рассказывает, что обычно у нее проблемы с интервью из-за привычки говорить то, что она действительно думаю. Но ее мысли и слова не всегда считаются политически корректными. Она замечает, что ловит себя на самоцензуре и на том, что все интересное, что он хочет выразить, больше не кажется возможным. Как дизайнер она не всегда находит время объяснить, что хотела сказать; и сложные концептуальные идеи воплощаются в одном заголовке, который становится мантрой. Миучча задется вопросом, чувствуем ли мы порой, что не имеем никакого контроля над своими мыслями, иногда в хорошем смысле, иногда в плохом? Нельзя говорить то, нельзя говорить это, неужели лучше вовсе не говорить?
Вся загвоздка не в работе журналиста, а в том, что возникает после интервью. Если ей хочется затронуть деликатную тему, то она может сформулировать свои мысли, но когда одно предложение вырывается из этого контекста — убирая всякую иронию или что-то еще, то высказывание оборачивается чем-то иным.
Раф соглашается, что больше всего начал чувствовать диктат как вести себя и как говорить, работая в Dior. Списка правил не было, но давление ощущалось постоянно, и это для него было очень сложным и заставляло все меньше и меньше читать о моде. Он может быть поклонником других дизайнеров, может их ненавидеть - но об этом нельзя говорить. Ненависть — это, конечно, неправильное слово, но есть вещи, которые вам просто не нравятся, и это нормально. Он не видит проблемы с негативными отзывами в свой адрес, проблема в том, что ему самому не позволяют «быть негативным».
Миучча обращает внимание на количество комментариев своей работы в интернете— умных или глупых — которые приходят с большей аудиторией. Весь мир говорит, но из этого ничего не выходит. Как дизайнер, я чувствую, что нас всегда очень сильно обвиняют. Почему никто не обвиняет журналистов или блогеров? Почему мы должны быть единственными под следствием?
Раф Симонс вспоминает, что в прошлом говорил вещи, за которые его действительно наказывали публично, он расстраивался, а потом подумал: «Боже, почему я могу быть наказан каким-то анонимным человеком, который пишет самые отвратительные вещи о моем шоу? И почему мне нельзя реагировать?» Потому что ты должен заткнуться, если ты публичный человек?
Миучча мечтает о сообществе, внутри которого она могла бы свободно говорить, потому что больше невозможно выносить это давление. Если вы не можете говорить плохие вещи – или вещи, которые могут быть сочтены политически некорректными – как вы вообще можете вести дискуссию? Политкорректность не позволяет быть объективным.
Нам приходится быть такими политкорректными, потому что наш бизнес стал больше; если ты маленький, то можешь говорить что угодно — что-то суперумное, или авангардное, или просто глупое, и ничего не произойдет. Если вы являетесь крупным брендом или частью большой группы, все ваши поступки автоматически трактуются все более моралистично. И вообще люди становятся все более консервативными; и поэтому чем более поверхностное впечатление вы производите, тем меньше вас критикуют. Эта цензура имеет негативный эффект.
Во всем происходящем есть развлекательный аспект: люди просто хотят быть взволнованными. Например, если бы Раф был на следующем показе Prada вышел вместо меня, весь мир был бы в восторге! Поэтому вы должны быть осторожны, чтобы на ваш выбор не повлияла растущая потребность в развлечениях
