суббота, 3 октября 2026

Легенда о сотворении земли у Амура и о Кадо, застрелившем два солнца

Поделиться

Хочу, чтобы вы прочитали эту старинную нанайскую легенду на ночь и хорошенько о ней подумали:.

«В начале света жили три человека: Шанвай, Шанкоа и Шанка. Однажды три человека послали трех лебедей нырять, чтобы достать для земли камней и песка. Птицы нырнули, а вынырнули только через семь дней. Вышли, смотрят: земля растет, река Амур течет. Тогда три человека сделали мужчину по имени Кадо и женщину Джулучи, потом девушку по имени Мамилжи. Народ размножился и занял всю территорию рядом с Амуром. Однажды Кадо сказал: «Есть три солнца на небе. Невозможно так жить, очень горячо. Я хочу застрелить солнце». Его жена сказала: «Иди!» Кадо пошел к восходу. Вырыл яму и спрятался в ней. Увидел, как взошло первое солнце, и застрелил его. Выстрелил во второе солнце, но промахнулся. Третье солнце тоже убил. Вернулся домой – не так жарко. Девушка Мамилжи успела сделать рисунки на камнях. Джулучи сказала: «Теперь люди будут видеть, что мой муж убил два солнца». После того, как два солнца были убиты, камни стали твердыми».

И пусть завтра третье из солнц не окажется убитым

Читать далее

Вечером 1 октября в Петербурге сгорел особняк Миллера на Исаакиевской площади, 3

Вечером 1 октября в Петербурге сгорел особняк Миллера на Исаакиевской площади, 3

Вечером 1 октября в Петербурге сгорел особняк Миллера на Исаакиевской площади, 3. Дом второй половины XVIII века, перестроенный в 1879-1880 годах в формах эклектики архитектором Фердинандом Миллером, а в 2021 году получивший статус регионального объекта культурного наследия. Огонь охватил площадь около 2000 квадратных метров и перекинулся на соседний дом.

Alexandr Radayev
Впервые со времени учреждения Нобелевской премии вы присудили ее изгнаннику

Впервые со времени учреждения Нобелевской премии вы присудили ее изгнаннику

Впервые со времени учреждения Нобелевской премии вы присудили ее изгнаннику. Ибо кто же я? Изгнанник, пользующийся гостеприимством Франции, по отношению к которой я тоже навсегда сохраню признательность. Господа члены Академии, позвольте мне, оставив в стороне меня лично и мои произведения, сказать вам, сколь прекрасен ваш жест сам по себе. В

Alexandr Radayev