Интервью об изоляции российского арт-рынка и обмене музейными коллекциями с миром

Еще интересный фрагмент из недавнего интервью Марины Лошак.

— Российскому арт-рынку достаточно Васнецова и Серова?

— Очень плохо, когда культура, какой-бы она ни была богатой и разнообразной, варится в собственном соку. Это единый «бульон» и каждый ингредиент в нем важен, очень важен.

История нашей страны, и вообще, структура нашей страны такова, что она культурно разнообразна. Может быть, в какой-то степени это и спасение, что сейчас внутри очень много разнообразия. Это позволяет какие-то другие ингредиенты в этот бульон добавлять, но в целом, конечно, невозможно так сказать питаться собой всё время. Какое-то время возможно, но дальше уже это совсем не приносит пользу.

У нас, к счастью, есть Пушкинский музей с его очень богатыми и ещё не до конца открытыми фондами. У нас есть один из самых главных музеев в мире — Эрмитаж. У нас есть Кунсткамера, у нас Институт восточных рукописей. У нас еще много музеев! И, вероятно, есть люди, которые готовы были бы делать какие-то серьёзные высказывания на материале этих коллекций. Но всё равно, этого недостаточно. Всё равно нужно общаться. Это же не только коллекции, это общение с коллегами, это обязательное путешествие вещей из наших собраний. Это не только принимать вещи, но и давать.

— А мир заметил потерю российских шедевров?

— Есть пространства внутри искусства, которые не могут быть вполне заполнены без нашего присутствия [присутствия искусства из коллекций российских музеев]. Это связано, в частности, с импрессионистами и постимпрессионистами. Ну и со старыми мастерами, я имею в виду Эрмитаж и так далее