По разным оценкам, живописное наследие Эль Греко в наши дни составляет от 137 до 300 картин
По разным оценкам, живописное наследие Эль Греко в наши дни составляет от 137 до 300 картин. В музеях России хранится всего 5 полотен Эль Греко. В Эрмитаже - 3, 1 в Нижнем Новгороде и 1 в ГМИИ имени Пушкина.
Первая купленная для России картина Эль Греко - "Портрет Поэт Алонсо де Эрсилья и Суньиго". В 1814 году Александр I приобрел ее у английского банкира Кузвельта.
Картину "Апостолы Петр и Павел" Эрмитажу подарил член Государственного совета генерал Петр Дурново в 1911 году. В коллекции Дурново картина значилась как "Святые" авторства неизвестного художника, пока художник Эрнст Липгарт не предположил авторство Эль Греко.
Происхождение трех оставшихся картин связано с событиями Второй Мировой войны. Долгое время эти картины хранились в Особом фонде, как вывезенные из Германии и оккупированных территорий, и не были доступны публике. В их числе "Иоанн Креститель" из Пушкинского музея, табличка возле которого многие годы не содержала даты поступления в музей. Картина попала в страну в конце 1940-х.
Картина Эль Греко "Святой Бернард", ныне выставляющаяся в Эрмитаже, тоже долго хранилась в запасниках и так как значилась в числе притязаний Германии, не экспонировалась. В годы войны она хранилась в Берлинской картинной галерее, в 1945 году ее изъяли из музейного бункера и отправили в Советский Союз в качестве репараций. До 1995 года, когда ее выставили на выставке трофейного искусства, считалась безвозвратно утраченной.
"Апостол Иаков -старший" из Нижегородского государственного художественного музея относится к так называемой венгерской коллекции. Этот Эль Греко происходит из собрания барона Андре Херцога де Чета, его наследница уже в наше время безуспешно пыталась через российские суды доказать свои права на 17 полотен, оказавшихся в России. В 1945 году 49-я армия 2-го Белорусского фронта обнаружила на железнодорожной станции города Райнсберга брошенный вагон со 143 картинами, и отвезла его в Горьковский военный округ, и спустя несколько лет передала в дар Горьковскому музею, где полотна находились в Особом фонде
