воскресенье, 4 октября 2026

Ханна Арендт и Карл Ясперс переписывались начиная с 1926 года, на протяжении сорока лет, их длительную беседу на расстоянии на время приостановила лишь эмиграция Арендт

Поделиться
Ханна Арендт и Карл Ясперс переписывались начиная с 1926 года, на протяжении сорока лет, их длительную беседу на расстоянии на время приостановила лишь эмиграция Арендт

Ханна Арендт и Карл Ясперс переписывались начиная с 1926 года, на протяжении сорока лет, их длительную беседу на расстоянии на время приостановила лишь эмиграция Арендт. Ученица и учитель с годами стали не просто корреспондентами друг-друга, но и хорошими друзьями и даже подружились семьями. Их переписка - это подлинная история и XX века, и история мысли, и история философствования и настоящее собрание мудрости. Именно в этой переписке родились слова "Не существует аполитичной страховки от политики". Но я хочу остановиться на одной фразе, которую Арендт сказала, когда приехала на похороны Ясперса в Базель. Она сказала такую важную вещь, которую я обычно держу в уме по отношению к некоторым значимым людям нашего мира: есть книги Ясперса, и по сути дела, эти книги в нас не нуждаются, это мы в них нуждаемся, мы должны их читать.

Читать далее

Вечером 1 октября в Петербурге сгорел особняк Миллера на Исаакиевской площади, 3

Вечером 1 октября в Петербурге сгорел особняк Миллера на Исаакиевской площади, 3

Вечером 1 октября в Петербурге сгорел особняк Миллера на Исаакиевской площади, 3. Дом второй половины XVIII века, перестроенный в 1879-1880 годах в формах эклектики архитектором Фердинандом Миллером, а в 2021 году получивший статус регионального объекта культурного наследия. Огонь охватил площадь около 2000 квадратных метров и перекинулся на соседний дом.

Alexandr Radayev
Впервые со времени учреждения Нобелевской премии вы присудили ее изгнаннику

Впервые со времени учреждения Нобелевской премии вы присудили ее изгнаннику

Впервые со времени учреждения Нобелевской премии вы присудили ее изгнаннику. Ибо кто же я? Изгнанник, пользующийся гостеприимством Франции, по отношению к которой я тоже навсегда сохраню признательность. Господа члены Академии, позвольте мне, оставив в стороне меня лично и мои произведения, сказать вам, сколь прекрасен ваш жест сам по себе. В

Alexandr Radayev