суббота, 3 октября 2026

Сати, Дебюсси и Стравинский на ужине в квартире Дебюсси в июне 1910 года

Поделиться
Сати, Дебюсси и Стравинский на ужине в квартире Дебюсси в июне 1910 года

Вечеринка у Дебюсси дома.

На этих снимках - три композитора, во-многом определивших лицо музыки начала XX века: Эрик Сати, Клод Дебюсси и Игорь Стравинский.

Первое фото сделано Стравинским, второе - Сати. Стравинский - в кресле, справа от него Дебюсси, на другой фотографии Дебюсси также справа, Сати - слева. Обе карточки сняты в кабинете квартиры Клода Дебюсси в Булонском лесу на ужине в июне 1910 года. Стравинский самый молодой из этой троицы, на тот момент ему было 28, Сати - 44, а Дебюсси - 48.

Все трое связаны одной нитью импрессионизма - Сати как основатель этого стиля в музыке, Дебюсси как продолжатель и глава музыкального импрессионизма и Стравинский как его воспреемник и последователь в России. Всех троих соединила непростая дружба-вражда и приятельство-соперничество, они вели переписку и взаимовдохновлялись.

«Сати понравился мне с первого взгляда. Тонкая штучка, он весь был наполнен лукавством и умной злостью», - писал Стравинский о Сати, называвшем его великим Стравинским и князем Игорем

Читать далее

Вечером 1 октября в Петербурге сгорел особняк Миллера на Исаакиевской площади, 3

Вечером 1 октября в Петербурге сгорел особняк Миллера на Исаакиевской площади, 3

Вечером 1 октября в Петербурге сгорел особняк Миллера на Исаакиевской площади, 3. Дом второй половины XVIII века, перестроенный в 1879-1880 годах в формах эклектики архитектором Фердинандом Миллером, а в 2021 году получивший статус регионального объекта культурного наследия. Огонь охватил площадь около 2000 квадратных метров и перекинулся на соседний дом.

Alexandr Radayev
Впервые со времени учреждения Нобелевской премии вы присудили ее изгнаннику

Впервые со времени учреждения Нобелевской премии вы присудили ее изгнаннику

Впервые со времени учреждения Нобелевской премии вы присудили ее изгнаннику. Ибо кто же я? Изгнанник, пользующийся гостеприимством Франции, по отношению к которой я тоже навсегда сохраню признательность. Господа члены Академии, позвольте мне, оставив в стороне меня лично и мои произведения, сказать вам, сколь прекрасен ваш жест сам по себе. В

Alexandr Radayev