В воспоминаниях Элизабет Виже-Лебрен описывается, как в 1787 или 1788 году она встретила в опере троих посланцев Типу Султана, мусульманского правителя одного из крупных индийских государств, союзничавшего с французами против англичан
В воспоминаниях Элизабет Виже-Лебрен описывается, как в 1787 или 1788 году она встретила в опере троих посланцев Типу Султана, мусульманского правителя одного из крупных индийских государств, союзничавшего с французами против англичан.
Вид восточных послов сильно впечатлил художницу, и она просила их позировать ей, поставив тем самым в неловкое положение, ведь в исламе делать изображение одушевленных существ считается харамом и препятствованием ангелам. Но посланцы майсурского султана напрочь отказались, сделав риторическое отступление и завуалированно ответив, что смогли бы позировать, только в одном случае, если сам король даст на это свое разрешение.
Должно быть, иностранцы не подозревали, сколь близка Виже-Лебрен к королеве. Сложно сказать, то ли близость с Марией Антуанеттой помогла повлиять на решение Людовика XVI, то ли он и сам проникся духом авантюры, и индийские дипломаты получили высочайшее разрешение стать героями картин именитой художницы.
В итоге были написаны портреты всех троих послов, два одиночных и один парный.
Портрет Мухаммада Дервиш Хана - не самый типичный для Виже-Лебрен, во-первых, он выполнен в полный рост, а во-вторых - взгляд модели отстраненный и направлен не на зрителя. Остается только гадать, как выстраивались отношения Мухаммада и Элизабет во время работы над картиной, что она писала в первую очередь, многие ли детали воспроизводила по памяти, известно лишь о впечатлении, произведенном портретом на героя.
При виде себя на холсте, посол был столь ошеломлен, что сразу же забрал картину. Из воспоминаний придворного переводчика известно, что Мухаммад Дервиш Хан сразу же запрятал портрет под кровать, а на вопрос почему, он отвечал, что этому изображению нужна его душа. Все же мистическое чувство пересилило рациональное. Портрет буквально пришлось похищать из комнаты посла, который поймал на этом своего французского слугу и настаивал, что того необходимо казнить. Жизнь слуге удалось сохранить личным вмешательством Людовика.
А вот сам Мухаммад Хан вместе с двумя другими посланниками султана по возвращении домой был обезглавлен - за не достижение цели переговоров.
